Когда читаю эти весьма научные лингвистические
статьи, научные тонкости меня не очень волнуют, в первую очередь ищу
подтверждение своим мыслям и наблюдениям.
О том, что ребенок
сам, без усилий со стороны родителей, не усвоит в полной мере язык, звучащий в
семье. Из наблюдений за детьми-билингвами (статья Менг и Протасовой) было
установлено: «без особых усилий
грамматика русского языка не развивается».
Или вот Павлова: «Лишь сознательная ориентированность на два
языка и две культуры позволяет сохранять, культивировать и даже развивать
русский язык за рубежом».
Или о том, что чем
выше социокультурный статус семьи, тем сбалансированнее развивается
многоязычие: «Отмечается более активное
отношение к языку и речи у детей из семей с высоким социокультурным статусом
уже в дошкольном возрасте». (Бондаренко, Доброва).
Вспоминаются
случаи, казалось бы, абсурдные с точки зрения логики (свидетелем некоторых я
была, сотрудничая с французским правосудием): трехлетний ребенок, растущий с
мамой и бабушкой, которые очень плохо говорят по-французски, говорит, тем не
менее, только на французском! Казалось бы, ну, школа, ну телевизор, но откуда
взяться такой стремительной доминантности языка окружения!
Какая оказывается,
сильная взаимосвязь языка с социальным статус родителя, его авторитетом в
глазах ребенка и отношение родителя к родному языку, которое ребенок чувствует
и отражает.
